А было ли похищение?

15 января 2015 - PRESSUSE
А было ли похищение?

 Не столь давно на страницах одного авторитетного регионального издания появился материал, посвященный истории, имевшей место быть в городе Шелехово около пяти лет назад. Кратко напомним суть произошедшего. После того, как нетрезвая компания молодых людей под надуманным предлогом избила своего соседа, последний оказался в реанимации. Его лечение обходилось родственникам очень недешево, и в связи с этим знакомые жертвы избиения приняли решение восстановить справедливость самостоятельно: не привлекая к делу сотрудников правоохранительных органов, "взыскать" с виновных компенсацию ущерба. Виновных было несколько, и большинство из них добровольно согласились ссудить определенную сумму на нивелирование последствий собственной жестокости. Большинство, но не все. Единственным, кто посчитал себя выше этого, оказался некий Андрей Починкин, ранее неоднократно судимый наркозависимый гражданин...

А ведь начиналось все относительно нормально. Починкин изначально согласился внести 100 тысяч рублей на лечение избитого при его участии человека, продав принадлежащую ему долю в квартире. При этом, как заявил в суде сам Починкин, оставшиеся от продажи 200 тысяч рублей он планировал оставить себе. Однако так как в связи с содеянным его начали активно разыскивать сотрудники полиции, он препоручил совершение всех действий, связанных с продажей недвижимости, знакомым потерпевшего, и попросил у них же помощи. А именно — укрыть его на то время, пока будет идти поиск покупателя и оформление всех необходимых бумаг. Под давлением обстоятельств парни, взявшиеся за восстановление справедливости, согласились. В частности, эту неприятную обязанность взял на себя Роман Шашкин, и предоставил Починкину необходимое укрытие. Нелишним будет упомянуть, что помимо Починкина, им воспользовался и еще один участник избиения — Андрей Сарамуд. И он, найдя альтернативный вариант предложенному Шашкиным жилью, беспрепятственно квартиру покинул, решив скрывать от полиции самостоятельно. Что лишний раз говорит в пользу версии о том, что нахождение Починкина на попечении у Шашкина было делом сугубо добровольным.

В течение месяца Починкин жил на средства Шашкина, на его же деньги "гулял", встречался с родственниками и знакомыми, стараясь, однако, не попадаться при этом на глаза полицейским. По утверждению Шашкина и его знакомых, бывших, само собой, в курсе происходящего, никто свободу передвижения Починкина не ограничивал, и даже более того. Когда у последнего появилась мысль съездить в Республику Бурятия на заработки, никто не стал чинить ему в этом препятствий, а напротив — Шашкин помог ему, ссудив деньгами на дорогу. Не в последний, как выяснилось, раз. Спустя несколько дней после своего отъезда в Бурятию Починкин обратился к Шашкину с просьбой выслать ему денег на обратную дорогу. С работой не сложилось, и Починкин хотел вернуться обратно. Шашкин не отказал, и уже 29 декабря 2009 года в село Тарбагатай ушел денежный перевод на сумму около трех тысяч рублей, получить который мог только Починкин по предъявлении своего паспорта. Так и вышло. Неудавшийся работник вернулся обратно, и тут с ним произошла необъяснимая, но крайне печальная метаморфоза.

Спустя некоторое время после возвращения он неожиданно обращается в органы полиции с заявлением о том, что его якобы насильно удерживали в течение месяца, вымогая денежные средства, и только ценой нечеловеческих усилий ему удалось бежать из плена. По его заявлению было немедленно возбуждено уголовное дело, за расследование которого взялся печально известный в Иркутской области следователь СУ СК при прокуратуре России Владислав Матвеев. За дело он взялся более чем активно. Немедленно были задержаны все парни, помогавшие родственникам избитого в самом начале этой истории человека. Не просто задержаны, но и помещены в различные следственные изоляторы, а в печати и на телевидении прошла бравурная информация о задержании особо опасной банды вымогателей и похитителей. Матвеев с важным видом разглагольствовал о разгуле преступности и своей значимой роли в борьбе с ней. А ничего не понимающие Шашкин, и его знакомые Дербуш, Андрейченко, (...) находились под стражей. Как оказалось впоследствии, их мучения только начинались.

Будучи связанным по рукам и ногам данными заранее в СМИ комментариями, Матвеев принял решение во что бы то ни стало "слепить" из парней организованную преступную группу. Методы для этого применялись лежащие не только вне рамок правового поля, но и далеко за гранью обыкновенных порядочности и человечности. Обвиняемых пытали и переводили из одного изолятора в другой, подвергая изощренным издевательствам, принуждая подписать столь нужные следствию признательные показания. Признания в том, что Починкин был похищен и насильно, против собственной воли, удерживался Шашкиным и его знакомыми. Что, преследуя корыстный умысел, парни хотели банально нажиться на горе своего знакомого, а кому-то — и родственника. Ведь не мог же лучший следователь Иркутской области, старший следователь по особо важным делам отказаться от сказанного на всю область, а то и Россию? Конечно же, в его извращенном понимании чести мундира, это было невозможно.

Аргументы, выдвигаемые обвиняемыми, не принимались во внимание следствием вовсе. Да и как же их было принять во внимание, если они в корне противоречили принятой следствием за единственно верную версии? Обвиняемыми неоднократно направлялись жалобы в органы прокуратуры и лично занимавшей тогда должность руководителя Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре по Иркутской области Алле Никоновой на незаконные действия подчиненных ей сотрудников. На творимые ими вещи, о которых на страницах газеты, которую могут читать дети, не поднимается рассказывать рука. Жалобы и обращения, как водится, оставались без ответа. Однако несмотря на все усилия, приложенные следственной группой под руководством Матвеева, обвиняемые себя не оговорили, и твердо стояли на своем: Починкин находился на их попечении добровольно. И точка. Наступило время судебного разбирательства.

По словам очевидцев, оно больше напоминало фарс, чем акт торжества справедливости. Когда обвиняемые и их защитники начали задавать следователям конкретные вопросы относительно законности тех или иных действий последних, таких как, к примеру, перевод из одного изолятора в другой, следователи ничего внятного ответить не смогли. На основании чего таковой перевод осуществлялся, почему он не был мотивированным и обоснованным, и еще целый ряд других вопросов — все они остались без ответа. Зачем же осуществлялся такой перевод, спросите вы? Для того, чтобы вдали от глаз надзирающих органов и адвокатов сломать человека, заставив его подписать заботливо подготовленные следствием признания. Более того, в судебном заседании был достоверно установлен факт применения пыток и насилия к обвиняемым, и хоть кто-то из садистов в форме понес за это наказание? Конечно же, нет. Печально, что это уже становится нормой нашей с вами жизни.

Вместе с тем сторона обвинения категорически отказалась признать, что  деньги, которые добровольно передал Сарамуд на лечение покалеченного им человека, до копейки и даже более того, в нотариальном порядке, были переданы жене потерпевшего. Спрашивается, и в чем же здесь проявляется корысть осужденных?

Однако самым ярким моментом судебного заседания было заявление защиты об имевшем место в декабре 2009 года эпизоде с осуществлением денежного перевода в Бурятию на имя Починкина. Было заявлено ходатайство об истребовании оригиналов соответствующих платежных документов из Сбербанка России, с помощью которого осуществлялся перевод, и в Тарбагатайском отделении которого лицо, назвавшееся Починкиным и предъявившее документы на его имя, получило эти деньги. Как бы комично это ни звучало, но документы эти истребуются органами защиты правопорядка лишь сейчас. Ведь после неоднократных обращений и обжалования бездействий должностных лиц органов внутренних дел Республики Бурятия, Мухоршибирским следственным отделом полиции по заявлению Шашкина все-таки было возбуждено уголовное дело по факту хищения денежных средств, ему принадлежащих. Ведь если Починкин заявляет, что их получил не он, значит, Шашкина просто-напросто обокрали.

Расследование этого уголовного дела не сможет обойтись без назначения почерковедческого исследования платежных документов, хранящихся в архиве Сбербанка. Ведь еще пять лет назад подсудимые просили суд назначить такую экспертизу, чтобы сличить подписи, оставленные на документах, с образцами почерка Починкина, чтобы доказать его присутствие в Республике Бурятия в то время, когда он якобы был похищен бандой под руководством Александра Дербуша. Ведь это смогло бы наиболее ясно показать абсурдность выдвинутых следствием обвинений. Но для того, чтобы это исследование все-таки могло быть назначено, потребовались пять лет, сотни заявлений, ходатайств и жалоб и огромное, человеческое горе родственников людей, отбывающих наказание за несовершенные ими преступления.

На сегодняшний день осужденные отбыли уже половину от назначенного им наказания, и то, будут ли они и дальше ценой лет своей жизни расплачиваться за беспредел следственных органов, зависит лишь от позиции руководства СУ СК России по Иркутской области. Ведь если нынешнее руководство проявит принципиальность и беспристрастность в рассмотрении ситуации, у заключенных есть шанс на справедливый исход дела. Бывший следователь Матвеев уже осужден к длительному сроку лишения свободы за свои действия по одному громкому уголовному делу, и это ли не лучший повод к тому, чтобы еще раз досконально проверить все обстоятельства его действий по другим, пусть не столь резонансным, делам, к которым он имел самое непосредственное отношение. Ведь всегда следует помнить, что за многотомными уголовными делами, за исписанной бумагой и пыльными папками — человеческие жизни.

Мы будем следить за развитием событий и держать в курсе читателей о результатах, к которым приведет эта запутанная, неординарная история. 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 2936 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий